Для гостей клуба

Авторизация

Фотогалерея


Морские ворота 2013
С.-Петербургский Императорский Яхт-клуб PDF Печать E-mail

С.-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ЯХТ-КЛУБ

http://book.nationalclass.ru/i/hr.png); height: 55px; background-position: 50% 50%; background-repeat: no-repeat no-repeat;">

Императорский Санкт-петербургский был старейшим, и, пожалуй, самым знаменитым и богатым из всех Российских яхт-клубов. Он возник в 1846 г. (как было указано на знаке клуба, 1 мая) по инициативе страстного любителя морских путешествий А.Я. Лобанова-Ростовского. Императорский яхт-клуб был организован по образцу аналогичных европейских спортивных обществ, хотя и претендовал на то, чтобы быть преемником Невского флота, учрежденного Петром I в 1713 г. Устав Императорского Санкт-Петербургского яхт-клуба был подписан Императором 25 сент. 1846 г.

В качестве аналога можно назвать Королевскую яхтенную эскадру — первый Английский яхт-клуб, действовавший там с 1812 г. При создании Императорского яхт-клуба А.Я. Лобанов-Ростовский также ориентировался на Гоночное общество в Гавре (Франция), действовавшее с 1836 г.

В состав Общества вошли видные петербуржцы — контр-адмирал М.А. Путятин, И.А. Рибопьер, граф И.А. Шувалов, кн. Б.Д. Голицын, граф Ф.К. Апраксин. В числе почетных членов состояли адмиралы Ф.Ф. Беллинсгаузен и М.П. Лазарев — первооткрыватели Антарктиды, в середине XIXв. занимавшие видные посты в Морском ведомстве, а также адмирал Ф.П. Литке — исследователь Северного Ледовитого океана, инициатор создания Русского Географического общества и его вице-председатель, командир Кронштадского порта, гр. Л.Л.Гейден, адмирал, военный губернатор и командир порта г. Ревеля, адмирал Б. А. Глазенапп, глава Гидрографического департамента, Главный командир Архангельского порта и военный губернатор города.

Почетными (и непременными) членами Императорского яхт-клуба были управляющие Морским министерством: кн. А. С. Меншиков, Н. М. Чихачев, Ф. К. Авелан и др. Самым знаменитым государственным деятелем, также числившимся в почетных членах Императорского яхт-клуба, был гофмейстер императорского двора Петр Аркадьевич Столыпин.

За всю историю существования клуба, его членами были 12 представителей Императорской фамилии. Первым Почетным Председателем клуба стал вел. кн. Константин Николаевич. По уставу, Почетным председателем могла быть только одна особа.

Клуб возглавлял Командор, который избирался на год членами яхт-клуба и Высочайше утверждался в звании по представлению Морского министерства. Он командовал эскадрой судов яхт-клуба. Должность вице-командора не была предусмотрена Уставом. Члены Комитета также избирались, а затем утверждались в Морском министерстве. Морское министерство утверждало любое изменение в Уставе клуба, принятое на Общем собрании. Первым командором клуба был кн. А.Я. Лобанов-Ростовский (1846 — дек. 1858). После него за командора подписывался Михаил Атрыганьев. В 1866 г. командором был граф И. А. Рибопьер. В 1891 г. клуб возглавлял министр Императорского двора и уделов И.И. Воронцов — Дашков, в 1895 — П. А. Черевин. В течение 1903 — 1912 гг. во главе клуба стоял министр Императорского двора и уделов ген.-адьютант барон В. Б. Фридерикс.

Членами клуба по уставу могли быть только дворяне, и это было его исключительной особенностью, принципиально отличавшей его от других яхт-клубов, открывших свои двери для лиц всех сословий. Позднее, в устав было внесено добавление, указывающее, что в клуб могут быть приняты только потомственные дворяне. Число членов клуба не должно было превышать 125 (этот лимит был не всегда). В клуб принимали по баллотировке, причем если число желающих превышало число вакансий, то избирались по очереди, в том порядке, в котором они записались как кандидаты. В конце XIX— начале ХХ вв. баллотировка осуществлялась, как правило, в середине февраля. Число кандидатов, предлагавшихся на Общем собрании, составляло около 10 — 15 человек. В основном, это были представители военной элиты, придворные чины, представители дипломатических служб других государств.

О том, какой контингент состоял в яхт-клубе, можно судить на основании биографии графа Сергея Александровича Строганова, состоявшего в клубе на рубеже XIХ — ХХ вв. Он начал свою морскую карьеру в 1877 г., когда был определен гардемарином в распоряжение Н.М. Чихачева. В том же году он участвовал в Русско-Турецкой войне, сооружал минные заграждения под Сулином, где был награжден за храбрость. С.А. Строганов командовал собственным катером, который затем предоставил в распоряжение Черноморского флота. В 1870-е гг. он владел яхтой «Заря» водоизмещением 280 англ. тонн. В 1876 г., еще до производства в мичманы, ходил из Портсмута в Гавр, затем на о-в Мадейра, оттуда в Филадельфию, и, наконец, в Шербур. Это плаванье ему было зачислено как служба на военном судне. Затем (вплоть до начала 1890-х гг.) С.А. Строганов владел яхтой «Кречет». В 1891 г. им за границей была приобретена яхта, которая была названа в честь одной из предыдущих его яхт — «Заря». При ней был шикарный сервиз, изготовленный примерно тогда же на заводе Милтона в Англии (ныне хранится в музее Петергофа). Водоизмещение яхты-шхуны составляло 1160 тонн (одна из самых больших яхт, числившихся в клубе), мощность — 165 номинальных сил. На яхте состоял обширный штат: командир(он же владелец), 3 его помощника, 2 квартирмейстера, 31 матрос, четыре машиниста, несколько кочегаров, содержатель имущества и кок. В августе 1914 г. «Зарю» записали в Военно-Морской флот.

Значительный процент членов яхт-клуба был связан с морской службой. Так, в начале ХХ в. членом клуба состоял Дмитрий Сергеевич Арсеньев. В 1850 г. он окончил Морской корпус и стал мичманом, а через три года получил чин лейтенанта. В период Крымской войны он был на Рижской флотилии; причем с 1855 г. стал адъютантом управляющего морским министерством. Через пять лет он был адъютантом вел. кн. Константина Николаевича (первого почетного председателя яхт-клуба). Д.С. Арсеньев также служил в эскадре Тихого океана, к тому же в течение 20 лет — с 1864 по 1885 гг. был воспитателем великих князей Сергея и Павла Александровичей. Способность Д.С. Арсеньева к педагогической деятельности проявилась еще и в том, что он одно время был начальником Морской академии и директором Морского корпуса. Постепенно развивая блестящую военно-морскую карьеру, он в 1900 г. удостоился чина адмирала.

Другим представителем военно-морской элиты, состоявшем в Императорском яхт-клубе, был Николай Александрович Волков(1870 — 1954), в 1891 г. выпускник Морского корпуса. Через несколько лет по окончании этого заведения он, как и Д.С. Арсеньев, служил в эскадре Тихого Океана. В течение 1900 — 1908 гг. состоял адъютантом вел. кн. ген.-адмирала Алексея Александровича. В 1913 г. он стал военно-морским агентом союзнической Англии, где и остался после войны. В 1916 г., очевидно, пребывая в должности военно-морского агента, он удостоился чина контр-адмирала свиты. Скончался в 1954 г. в эмиграции.

В Императорском яхт-клубе числился и Александр Федорович Гейден (1859 — 1919). В течение 1900 — 1906 гг. был начальником Канцелярии Главной Императорской квартиры, а в течение следующих двух лет — начальник Морской походной канцелярии Его Императорского Величества. В том же 1908 г. он состоял в Императорской свите, а с 1916 г. вошел в состав адмиралтейского совета. А.Ф. Гейден всерьез интересовался вопросами деятельности яхт-клубов (как спортивным, так и юридическим аспектами), в качестве эксперта рассматривал положение дел в Высочайше утвержденном Невском яхт-клубе, и, кстати, давал ему весьма нелестную оценку.

В клубе состоял и Константин Дмитриевич Нилов. Он родился в 1856 г., в 1875 г. окончил Морской корпус. Ему довелось принять участие в Русско-турецкой войне 1877 — 1878 гг. Он был избран в яхт-клуб в феврале 1890 г., когда пребывал в чине лейтенанта. Спустя 15 лет — в 1905 г. он стал командиром гвардейского экипажа, флаг-капитаном Императора Николая II, и тогда уже стал непременным членом яхт-клуба по должности. В 1912 г. удостоился чина адмирала.

Помимо военно-морских деятелей, в клубе состояли и другие видные лица. Так, во второй половине XIX в. его членом был Степан Александрович Гедеонов, видный историк, занимавшийся Отечественными древностями, один из немногих противников Норманской теории происхождения Русского государства. С.А. Гедеонов удачно совмещал академическую деятельность с придворной и административной службой. Он одно время был директором Императорского Эрмитажа, а затем — Императорских театров. Таким образом, несмотря на профессиональную удаленность от морского спорта и военно-морской проблематики, его сближало со многими другими членами Императорского яхт-клуба общественное положение и близость (по долгу службы) к Высочайшей особе.

Вступительный взнос был самым большим среди российских яхт-клубов — он составлял 250 руб., а годовой — 100 руб. серебром. К началу ХХ в. размер каждого из взносов стал составлять 200 руб. Временные члены платили 100 руб. за 6 месяцев. Временное членство было рассчитано, в основном, на иностранцев. Русский дворянин мог быть временным членом только однажды.

Член клуба должен был иметь парусную яхту водоизмещением не менее 20 тонн (позднее, в 1857 г. норма была понижена до 10 тонн). В яхт-клуб могли быть избраны отец с сыновьями или братья, владеющие одной яхтой. Если у вступавшего в клуб дворянина таковой временно не было, то он обязан был ее приобрести в течение двух лет (во время Крымской войны 1853 — 1856 гг. этот пункт по высочайшему повелению не действовал и срок был отложен). Члены клуба, по Уставу 1857 г., временно не владевшие яхтой, должны были ежегодно помимо взноса платить 25 руб. сер. («налог за безъяхтность»). В тот год в Устав была добавлена новая статья: «В случае войны, члены Яхт-клуба, имеющие суда, обязываются, по первому востребованию Правительства, явиться с своими яхтами куда назначено будет, для принятия участия в военных морских действиях».

Каждая яхта, принадлежавшая члену Общества, получала номер, начиная с № 10 (таковой была шхуна «Рогнеда», принадлежавшая командору). Яхты с №№ 1 по 9 должны были принадлежать Членам Императорской фамилии. В 1847 г. в клубе числилось 16 яхт, водоизмещением от 30 до 257 тонн. По уставу 1846 г. приделка к яхте механического двигателя или паровой машины имело следствием ее немедленное исключение из списков клубных судов. Устав в редакции 1857 г. это уже дозволял, но с условием, что на время гонок будут использоваться только паруса.

Владелец яхты мог держать для ее обслуживания военную команду во главе с офицером в звании не выше лейтенанта, или гражданскую команду во главе со шкипером. Команды получали жалованье от Морского ведомства, а так же «столовые деньги» от владельца. Количество провизии на яхте должно было соответствовать аналогичным показателям во флоте.

В этом отношении интересна записка, направленная Комитетом клуба и подписанная его командором А.Я. Лобановым-Ростовским члену клуба графу П.П. Шувалову от 30 марта 1850 г. (т.е. перед навигацией). П.П. Шувалова информировали, что на его шхуну «Русалка», вследствие желания владельца, высшим морским начальством направлен воспитанник Роты торгового мореплаванья А. Жуков для выполнения должности штурманского помощника. Жуков должен был ежемесячно получать жалованье 22 руб. 50 коп. сер., иметь от владельца яхты приличную пищу и помещение отдельно от матросов. Матросы на этой шхуне (по данным на 1848 г.) ежемесячно получали 10 руб. сер., боцман — 15, штурманы — 20 и 31,5 руб. сер. Матросы, боцманы и штурманы, как следует из документов, заключали (по крайней мере, на время дальнего плаванья) контракт с командиром корабля. Всего в команду входило 15 — 20 человек.

Военная команда яхты могла участвовать только одну кампанию, после чего подлежала замене в обязательном порядке. Яхта должна была иметь на борту не менее 2-х пушек и по своему статусу приравнивалась к военному кораблю. Матросы, штурманы и офицеры, числившиеся на яхтах, могли быть в любой момент быть затребованы Морским министерством.

Устав яхт-клуба предусматривал форму. «Членам... присвояется фрак зеленый, с таким же отложным воротником и с якорем на воротнике, шитым золотом; пуговицы на сих фраках иметь золотые, с матовой серединой, полированным бортом и якорем по флотскому образцу. Шкиперам... полагается такой же фрак, но с накладным бронзовым якорем... как членам, так и шкиперам... иметь фуражки с золотым галуном, во всю ширину околыша и кокардою, по образцу военной». Со временем она несколько менялась. В 1857 г. Устав регламентировал членам клуба белые жилеты и зеленые брюки. В ряде случаев допускалось носить треугольную шляпу (видимо, вместо фуражки) и кортик. Пальто шилось по образцу флотских офицеров, но без погон, зато с маленькими золотыми якорями с короной, «вышитых на углах открытых лацканов». К началу XXв. форма была уже синего цвета. Члены клуба, служившие в Армии или на Флоте, не имели права носить мундир, предписанный членам не служащим, а носили свой военный.

Был регламентирован «кормовой белый флаг с синим крестом и гюйсом в верхнем углу, и стеньговый флаг, треугольный, белый, с синим крестом и Императорской короной посередине». Кормовой флаг, поднимаемый на стеньге вместо стеньгового, рассматривался как Адмиральский, стеньговый флаг с двумя косицами был командорским.

Бесспорной заслугой Императорского яхт-клуба стала организация первых в России гонок яхт. Первые гонки состоялись 8 июля 1847 г. к западу от Толбухина маяка, на замкнутой треугольной трассе, протяженностью 12 миль. Участие в них приняли 7 яхт, самой большой была «Королева Виктория» (шхуна Государя Императора Николая I), водоизмещением 257 тонн, а самой маленькой — «Ученик» в 51 тонну. Победителем стала 107-тонная яхта «Варяг» (тендер кн. Б.Д. Голицына), завоевавшая приз — серебряную вазу.

Гонки у Толбухина маяка стали традиционными. В 1848 г. их предполагалось провести в течение трех дней — 12 авг. между тендерами, 13 — между шхунами, 14 — между двумя тендерами и двумя шхунами, которые в предшествовавшие два дня придут первыми к адмиральскому судну, у которого начиналась и заканчивалась гонка.

Состязания сопровождались иллюминацией флагами, пушечными выстрелами, были довольно зрелищным мероприятием. О них анонсировалось в «Петербургских ведомостях», публиковались репортажи в «Морском сборнике». В то же время, погодные условия значительно искажали заранее разработанный регламент состязаний.

По регламенту, за час до начала гонки должен был даваться сигнал пушечным выстрелом, по которому каждая яхта, участвующая в состязании, должна поднять свой позывной вымпел, взамен обыкновенного стеньгового флага Общества. Яхты должны направляться к старту. За полчаса до гонки раздавался второй выстрел, после которого не занявшие своего места яхты лишались права участвовать в предстоящей гонке. Третий выстрел означает начало состязаний. Первая яхта в гонке должна была за два часа до захода солнца достигнуть последнего маячного судна перед адмиральским (т.е. перед судном, на котором заседает гоночная комиссия). В противном случае гонка откладывалась на другой день.

В целом, в конце 1840-х —1850-х гг. спортивная жизнь клуба была довольно интенсивной. В эти годы клуб проводил международные состязания. В 1852 г. на устроенную регату пришли 6 английских яхт. На гонках с ними соревновались 5 петербургских яхт, причем командиры их состояли из моряков военного флота.

Спортивная жизнь клуба была прервана Крымской войной 1853 — 1856 гг. Последние гонки Императорского яхт-клуба состоялись в 1859 г.

Помимо гонок, практиковались и дальние плаванья, в том числе в Швецию, Данию, Англию, Португалию, Америку. Так кн. А.Я. Лобанов-Ростовский предпринял кругосветное путешествие на яхте «Рогнеда», водоизмещением 160 тонн. Путешествие, однако, прервалось в Рио-де-Жанейро, где яхту застало начало Крымской войны.

Если спортивная жизнь в клубе продолжалась в течение сравнительно недолгого времени, то дальние плаванья и увеселительные прогулки культивировались все время существования организации. Не обходилось и без несчастных случаев. Так в 1875 г. в проливе Бьеркезунд погибли 3 яхты.

Клуб положил начало не только парусному любительскому спорту в России, но и отечественному любительскому яхтостроению. «Александра» и «Опыт», построенные по чертежам С.О. Бурачека в Архангельске и П.О. Шанца в Кронштадте, оказались более быстроходными, чем пришедшие на международную гонку в Петербург в 1852 г. английские яхты. Трудами этих и других конструкторов в России были разработаны типы спортивных парусных судов. Появились и специализированные верфи по их постройке.

Если в первые годы существования в клубе числилось около 20 яхт, то позднее, в связи с тем, что спортивная жизнь стала постепенно уступать место светской, их количество стало снижаться. К началу ХХ в. их было в наличии около 10, хотя в списках резервировалось 40 номеров. «Пустые» номера предназначались, в основном, для членов Императорской фамилии и для иностранных почетных членов. В списках суден яхт-клуба числились известные императорские яхты. В 1840-1850-е гг. Императорской фамилии принадлежали яхты "Королева Виктории"(№ 2) и "Костя"(№ 1), шхуна "Волна"(№ 4) (английская сборка, 1848 г., принадлежала вел. кн. Константину Николаевичу) и люгер "Нева«(№ 3) (наследника цесаревича Александра Николаевича). Представитель яхты Государя Императора всегда по должности входил в состав комитета и гоночной комиссии клуба. Среди императорских яхт наибольшей известностью пользовалась яхта «Королева Виктория». Она была заложена в 1844 г. на о-ве Уайт на верфи судостроителя Джозефа Вайта. Заказчиком выступал Английский Королевский двор. Сразу же она предназначалась для Российского Императора Николая I, который и назвал ее «Королева Виктория». Сервиз для яхты был изготовлен так же в Англии из высококачественного фаянса. Салоны яхты были украшены картинами Н.М. Конди на морскую тематику. Стояла яхта в Кронштадте. Члены Императорской фамилии совершали на ней морские прогулки в течение 29 лет. Яхта принимала участие в гонках Императорского яхт-клуба. 6 сентября 1875 г. «Королева Виктория» налетела на рифы в Финском заливе и позднее была отремонтирована. Служила яхта до 1884 г.

К концу XIX — началу ХХ вв. список яхт, официально числившихся за членами Императорской Фамилии, пополнился следующими: «Никса», «Царевна», принадлежавшими Государю-Императору, «Тамара», принадлежавшая вел. кн. Александру Михайловичу (почетному председателю клуба в конце XIX — начале ХХ вв.), «Зарница», принадлежавшая вел. кн. Михаилу Александровичу.

«Никса», английская яхта, была сравнительно небольшой. Сервиз для нее делался на Императорских фарфоровом и стекольном заводах, был рассчитан на 24 персоны и включал 393 предмета. Яхта ходила в дальние плаванья. В 1864 г. в составе практической эскадры под командованием контр-адмирала К.Н. Посьета она путешествовала из Кронштадта в Норвежский город Берген. Эксплуатировалась «Никса» в течение нескольких десятилетий. Другая императорская яхта, числившаяся в списках яхт-клуба, «Царевна», была одной из первых железных яхт на Балтийском флоте. В 1874 г. она была сооружена на Английской верфи. В 1883 г. «Царевна» стала личной яхтой императрицы Марии Федоровны.

Разумеется, светская жизнь в клубе занимала большее место, чем собственно спортивная, особенно, начиная с 1860-х гг. На рубеже веков клуб в своем уставе прямо заявлял, что «не устраивает гонок, но участвует в устройстве гонок с другими яхт-клубами выдачею призов». Главной достопримечательностью клуба стал его ресторан. В кают-компании были комната для чтения, столовая зала и буфет.

Санкт-Петербургский Императорский яхт-клуб был, пожалуй, единственным, регламентировавшим порядок обеда: «Час обеденного времени назначается Общим собранием. Горячия кушанья после 2-х часов ночи могут подаваться во все комнаты клуба, кроме газетной; Холодныя же могут быть подаваемы во всякое время и во все без исключения комнаты». Уникальной особенностью клуба была и регламентация табакокурения. Оно разрешалось везде, кроме столовой комнаты в определенные Общим собранием часы. Нарушители этого правила штрафовались на 25 руб.

Самым часто употребляемым вином было Марсалу. На это вино специально подписывались, и по подписке оно стоило 1 руб. 45 коп. за бутылку. Процесс подписки на это вино в начале ХХ в. регулировался Комитетом (винопитие здесь имело характер ритуала в большей степени, чем в любых иных яхт-клубах), причем предварительно в определенный срок следовало внести 50 коп.(задаток), а по получении бутылки — остальную сумму. Для не уплативших своевременно 50 коп. «терялось право получения Марсалы. Отпуск гг. членам, не подписавшимся на Марсалу, может производиться по требованиям на дом только лишь по мере возможности и по 1р. 65 коп. за бутылку», т.е. на 20 коп. дороже, чем по предварительной подписке, и то без гарантии.

Судя по отчетам начала ХХ в., самыми популярными играми были кегли, карты и биллиярд. В клубе имелась библиотека, специальная комната для чтения, были специально регламентированы правила хранения и выдачи на дом печатных материалов (во многом, близкие к современным). Газеты можно было брать на дом на неделю, журналы — на месяц.

Впрочем, несмотря на почти полное отсутствие спортивной деятельности во второй половине ХIХ — начале ХХ вв., яхт-клуб не был равнодушен к водному спорту. Как оговаривалось в Уставе, он «присуждает медали собственникам и строителям паровых, моторных и парусных яхт русской постройки за лучшие яхты».

Разумеется, во время «плюрализма мнений», характерного для последнего десятилетия Российской Империи, в Императорском яхт-клубе имели место только консервативные монархические взгляды.

Сохранилось одно анонимное и недатированное черновое письмо, адресованное Императору, в котором говорилось, «что в стенах Императорского яхт-клуба никогда не могли высказываться... какие-либо осуждения, касающиеся священной особы монарха». Оно было составлено в царствование Николая IIи было ответом на распространявшиеся слухи о вольномыслии некоторых членов клуба и распространении в его стенах критических бесед в отношении деятельности Императора и его приближенных.

Традиционно тесно связанный с Императорским домом, Санкт-Петербургский Императорский яхт-клуб не мог существовать вне Империи. В 1917 г. он полностью прекратил свою деятельность.

Издания клуба:

Алфавитный список действительных членов Императорского Санкт-петербургского яхт-клуба. СПб., 1863, 1866.

Алфавитный список почетных, непременных и действительных членов и постоянных посетителей Императорского Санкт-Петербургского яхт-клуба. СПб., 1891 — 1912.

Извлечение из хозяйственного учреждения Императорского Санкт-петербургского яхт-клуба о временных членах общества. СПб., 1858.

Новый устав Санкт-Петербургского яхт-клуба. СПб.,1860.

Отчет IIотделения Императорского Санкт-петербургского яхт-клуба за 1901 — 1913 гг. СПб., 1902 — 1913.

Устав Императорского Санкт-Петербургского яхт-клуба. СПб., 1846; То же. 1847; 1849; 1854; 1858; 1864; 1879; 1881; 1902.

Устав о гонках между судами Императорского Санкт-петербургского яхт-клуба. СПб., 1849.

Памятная книжка на 1911. Императорский яхт-клб. СПб., 1912.


Брейд-вымпел командора.

Кормовой флаг.

Стеньговый флаг.

Форма командора.

Форменное пальто.
 

Яндекс.Метрика